Ожидание в ожидании

В ожидании, ольга сорокина, гипнозВ ожидании

Поднимаясь по скользким ступенькам, Алина в который раз подняла глаза к довольно известной вывеске в городе. Центр планирования семьи. Она судорожно убрала прядь намокших волос за ухо, остановилась на секунду и в нерешительности продолжила свой путь.

Это заведение ей было знакомо уже целых семь лет, поэтому практически на автопилоте, она отдала в гардероб своё пальто, взяла в регистратуре именную карточку и неспешно поднялась на третий этаж. Всё было как обычно. Повсюду сидели различные женщины, некоторые из них в компании своих мужей или подруг. Алина заняла очередь за одной из таких пар и присев возле них, с облегчением закрыла глаза.

— Представляешь, прошло ещё каких-то семь недель, а у него уже бьётся сердечко, — радостным шёпотом проговорила рядом сидевшая девушка. – А размером он сейчас всего полтора сантиметра. Ты можешь себе это представить?

Муж этой особы видимо что-то начал шептать ей, потом они резко поднялись и прошли в свой кабинет.

За долгие годы Алина привыкла к подобного рода разговорам и искренне была рада за других. Пришлось свыкнуться и со второй чашей весов, где были застывшие слёзы, синие круги под глазами, осунувшиеся спины… Поэтому она предпочитала закрывать глаза и спокойно ждать без лишних эмоций.

Наконец, очередь подошла. В кабинете Валентины Марковны как всегда пахло дорогим парфюмом, а на столе радовал глаз красиво подобранный букет цветов. Алина присела на стул и стала наблюдать за врачом, как та что-то дописывала.

— Как ваши дела, Алина Андреевна? – неожиданно прозвенел голос врача.

— Ну, вроде бы всё хорошо. Хотя, вам лучше знать…

— Я имела в виду ваш эмоциональный фон.

Алина немного заколебалась. Конечно, врач подобная Валентине Марковне вряд ли будет издеваться над своими пациентками, но почему-то именно сейчас, этот вопрос прозвучал как-то странно с её стороны.

— Что с моими анализами? – перевела она тему в нужное русло.

Доктор защёлка мышкой компьютера и из принтера тут же выскочила пара листов.

— Воспалительный процесс продолжается, поэтому я настаиваю на операции. Не имеет никакого смысла больше ждать. Мы сделали три попытки. Последняя чистка вызвала необратимые изменения, больше ждать нельзя, — и тут доктор взяла холодную руку Алины и продолжила более мягко. – Я понимаю, дорогая, как вам страшно. Наверняка вы думаете, что станете неполноценной женщиной. Но подумайте и о другом. Например, что вы можете осчастливить покинутого ребёнка, а может и двоих. Вы можете стать мамой, если захотите. И есть ли разница, каким образом?

Алина так и не подняв глаз, осторожно освободила руку и, ни сказав ни слова, вышла. Она давно ждала этих слов и прекрасно понимала все за, и все против. И конечно она уже целых два года обдумывала вопрос об усыновлении, но никак не могла решиться. Казалось бы, приди, возьми двухмесячного малыша и ты – мама. Но несбыточная мечта не давала никакого покоя. Ей хотелось прочувствовать и понять природу материнства от начала и до конца. Беременность, роды, кормления грудью… хотя бы один разок. А вот потом она бы с удовольствием взяла второго ребёнка из детдома.

Автопилот проводил её и до дома. На столе уже был разогрет ужин, собака выгуляна, а муж что-то читал.

— Привет, Алиш, — бодро отозвался Максим и, встав со стула, подошёл к жене. – Устала? Кстати, ты была сегодня у Валентины Марковны?

— Привет. Да. Нет, — соврала Алина и направилась к ванне.

— Почему?

— Много работы было, да и устала я сегодня как собака. На неделе забегу…

— Ладно. Не задерживайся там, я подогрею еду снова.

— Не надо, — тут же среагировала она. – Я очень хочу прилечь. Не обижайся.

Максим не стал с ней спорить, так как периодически, раз в месяц-два подобные случаи происходили. Он всегда относился к этому с понимаем и не мешал Алине набираться сил. Однако сегодня его насторожил её озабоченный вид, и впервые за десять лет ему вдруг захотелось приоткрыть сумочку жены.

Открыв молнию, он сразу заметил какие-то бумаги и, осторожно достав их, понял, что это медицинская карточка, которую Алина в забытье забрала с собой. Пролистав последние страницы ему абсолютно было не разобрать ни медицинских терминов, ни тем более бумажек с анализами. Зато ему чётко стало понятно, что в больнице она всё-таки была. «Ладно, поговорим об этом завтра».

Уже лежа в кровати, Алине никак не давала заснуть назойливая муха. Она жужжала всё громче и громче пробираясь к самым потайным уголкам её истерзанной души. И возможно заплачь она, ей стало бы легче и чуточку спокойней, но слёзы иссякли, разум холоден, никаких чувств, только муха…

Через какой-то промежуток времени, она почувствовала, как Максим аккуратно ложиться рядом. Коснувшись её руки, он тихонько прошептал: «Спокойной ночи. Люблю тебя». Потом послышалось ровное дыхание, и Алина открыла глаза.

Она тоже любила своего мужа. Отчётливо помнила, как они познакомились, через два месяца уже сыграли весёлую свадьбу, как они радовались новой квартире; потом Максим откуда-то притащил щенка, сказав при этом, что буквально на пару дней, а в итоге он остался с ними навсегда. Все эти прекрасные моменты она бережно хранила в сердце, чтобы хоть как-то перекрыть два выкидыша и одно эко…

Однако сейчас Алина устала. Устала от синтетических витаминов, бесконечных расспросов друзей и родственников о детях, от правильного и уже противного образа жизни, наконец, от ожидания «Вы беременны». Ей внезапно захотелось кофе, сигарету и рюмку водки.

Утром сквозь сон до неё донеслись звуки захлопнувшейся двери. Максим ушёл на работу. После бессонной ночи её глаза стали совсем стеклянными и первое, что она сделала, это позвонила на работу и предупредила, что сегодня не придёт. Затем совсем отключила мобильник.

Прошёл час. Два. Алина продолжала просто сидеть на краю кровати и смотреть в окно. Там было очень сыро и огромные капли дождя то и дело с грохотом падали на карниз. И снова зажужжала назойливая муха. Только теперь она уже отчётливо нашёптывала на ухо, куда нужно пойти и что сделать. Разум отключился полностью. Ни страх, ни любовь, ни надежда, ничто не смогло посеять хоть малейшего сомнения.

Алина встала с кровати и вышла на лестничную площадку. Обведя взглядом соседские квартиры, сперва она решила зайти к Нине Петровне, затем поднялась на этаж выше и зашла к ещё одной знакомой старушке. Рассказав всем одинаковую историю с жуткой бессонницей от больного зуба, она легко выпросила у них снотворные таблетки. Она прекрасно знала, что у них есть серьёзные рецептурные препараты, которые просто так никому не выдают. Сердобольные женщины в надежде помочь хорошей соседке не смогли отказать в столь простой просьбе…

И теперь, держа в руках белые шайбочки, Алина неторопливо сварила себе крепкий кофе и с чувством выпила его. Затем выкурила сигарету. Вслед за этим, подошла к шкафчику, где обычно они с Максимом держали праздничный алкоголь. Взгляд упал на дорогую марку коньяка, хотя раньше пробовать его ей не доводилось; она вообще не была любительницей выпить.

Аккуратно разложив таблетки,  Алина налила себе целый гранёный стакан коньяка и по очереди стала запивать их обжигающим напитком. Допив остатки, она поплелась к своей постели уже изрядно охмелевшая. Но не успела она пройти и пяти шагов, как всё её  нутро перекрутило пополам. Тотчас подступила тошнота и началась неутомимая сильная рвота. Голова закружилась ещё сильнее, и она без чувств упала. Веки потяжелели и не в силах больше сражаться с телом, глаза закрылись сами собой.

И лишь где-то издалека послышались ритмичные монотонные трели. Затем что-то пикнуло, кто-то засмеялся и уже громче начал разговаривать чей-то женский голос.

— Алиночка, здравствуй, это Валентина Марковна. Не смогла тебе дозвониться на мобильный телефон. Вижу, дома тебя тоже нет. Позвоню тогда твоему мужу. Хотя, всё равно сообщу. Милая моя, дорогая, представляешь, впервые за тридцать лет работы я перепутала не только анализы, но и вообще истории болезни. Алина, вы – беременны!

Последние слова как во сне эхом разлетелись по всей квартире. Однако ничего больше не чувствовав, Алина отключилась…

Яркий ослепительный свет резко ударил в правый глаз, затем и в левый.

— Доктор, как она? – спросил обезумевший Максим.

— У вашей жены, похоже, вторая жизнь в запасе была, — закончил осматривать зрачки спящей Алины врач. – Ей повезло, что её сразу вырвало. Она отравилась, но не от снотворного, а от большой дозы алкоголя… Скоро должна придти в себя.

— А ребёнок?

— Пока сложно сказать, маленький срок, увидим на узи через неделю.

И доктор, сделав ещё пару записей, вышел из палаты.

Максим судорожно теребил свои волосы и беспрерывно корил себя за то, что не поговорил с ней вчера. Он до бесконечности прокручивал исход сегодняшнего дня; если бы он только поговорил, если бы только не ушёл из дома…

— Воды, — тихо прошептала Алина.

Максим тут же вскочил со стула и поднёс ей бутылочку. Она была настолько бледной, осунувшейся и даже как-то постаревшей. Зрелище убивало.

— Ты хоть понимаешь, что ты натворила? – надрывно проговорил он.

— Я устала…, — только и смогла вымолвить Алина.

— Дура ты! — нежно выругался успокоившийся муж, и крепко-крепко обняв свою жену, поцеловал её в засохшие губы. – Разве можно было сдаваться на пороге нашего счастья… Скоро нас будет трое, слышишь? Ты беременна!

2015 г.

0

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *